Владислав Кеткович: Для выхода на международный уровень нужно снимать качественные фильмы

Продюсер документального кино, основатель Фонда этногеографических исследований, вице-президент Гильдии неигрового кино и телевидения по международному продвижению, член Русского географического общества и Eвропейской ассоциации документалистов (EDN) Владислав Кеткович рассказал пресс-секретарю Гильдии Марии Фаниной об итогах приема заявок на международное продвижение, поделился опытом работы с зарубежными партнерами и убеждал в необходимости выхода на мировой рынок.

У Вас большой опыт международного продвижения собственных продюсерских проектов, расскажите, пожалуйста: как Вы начинали?

Году в 2010-м я ощутил потребность как-то развиваться. С одной стороны, я тогда уже более-менее научился работать в нашем российском пространстве, начал получать гранты от Министерства культуры РФ и Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям (через которое поддерживаются телевизионные передачи). Мы довольно успешно работали, но это были фильмы, в основном, по 26 и 40 минут. Хотелось попробовать какие-то более масштабные проекты, полнометражные документальные фильмы. И я во все это «занырнул».

Первый семинар, на который я попал, был Dragon Forum в Польше. Потом попал на чешский Ex-Oriente, участвовал в нескольких семинарах в Петербурге, куда приезжали Иикка Вехкалахти, Туэ Стин Мюллер – скандинавские гуру авторского документального кино. И чуть позже началась еще Moscow Business Square при Московском кинофестивале…

И у меня, я думаю, почему, отчасти все сложилось, потому что я сразу понял, что с одним проектом нет смысла входить в эту сферу. Один проект может приесться и исчерпаться. Если его не поддержат на двух-трех питчингах, то, в общем, все! У меня был пакет проектов, и вместе со мной представлять их на семинары ездили режиссеры.

И, что очень важно для международного продвижения, – тема должна быть понятна, условно говоря, и в Африке, и в США, и в Европе, должна иметь какое-то международное звучание – мне с этим тоже повезло. Например, мы делали проект с Леной Демидовой о вахтовиках, которые работают на «Газпром» – о том, насколько трудно для семьи, когда мужчина уезжает каждые два месяца. Точно так же ездят на вахту и где-нибудь в Канаде…

Вообще, зачем российскому документальному кино международное продвижение? Чего оно не может получить в рамках одной только нашей страны?

Я бы сказал, что самое важное, что появляется, если ты выходишь на Запад – возможность делать фильмы дольше и с большим бюджетом. При этом, я когда вышел на этот рынок, сначала думал, что cопродюсеры будут мне на счет деньги присылать. И я, в общем, стану более обеспеченным… (смеется) Нет, это не так работает. Если твоя тема заинтересовала какого-то партнера, то он ищет деньги у себя в стране. Например, один сопродюсер делает звук и цветокоррекцию, еще в одной стране могут оплатить работу оператора. То есть очень важно, что у тебя появляются дополнительные возможности, дополнительные деньги – причем, это могут быть деньги и от сопродюсеров, и от телеканалов.

В этом году Гильдия с помощью гранта, полученного от Министерства культуры, оказывает поддержку фильмам на фестивалях и кинорынках. Можете рассказать подробнее о системе отбора фильмов для продвижения и о дальнейшей судьбе отобранных?

В рамках этого года мы говорим о трех фестивалях и рынках при них: это Jihlava и рынок East Silver, DOK Leipzig и DOK Market, IDFA и рынок Docs for sale. Мы от Гильдии объявили прием заявок на международное продвижение, и в итоге рекомендовали восемь фильмов на рынки и фестивали. Дальше, после того, как отборщики фестивалей какие-то работы поддержат, мы этим фильмам поможем. Если фильмы будут отобраны к показу на фестивале, мы поможем сделать профессиональные субтитры. Если будет такая необходимость, то DCP–версию для показа в кинотеатрах, промо-материалы – буклеты, постеры. И даже, если фестиваль не сможет оплатить билеты, мы попробуем отправить или режиссера, или продюсера – одного представителя от фильма.

С рынками мы тоже думаем помочь… Рынок – это важный инструмент, особенно для молодых кинематографистов, с помощью которого ты можешь если не заработать золотые горы, то, по крайней мере, отбить часть своих производственных затрат. На всех рынках будет представитель от Гильдии. Мы планируем организовать промоушн, будем рекламировать, предлагать фильмы.

У Гильдии будет свой стенд на этих рынках?

Мы надеемся, да. По крайней мере, Jihlava нам уже предложила. Мне кажется, помощь в международном продвижении – это хорошее начинание, и нужно, чтобы это все продолжалось. Нужно, чтобы люди понимали, что даже если фильмы не созданы при господдержке, все равно можно самостоятельно получить УНФ, двигать фильм (наличие удостоверения национального фильма – обязательное условие для фильмов, претендующих на поддержку Гильдии в международном продвижении – прим. М.Ф.). И мне кажется, что это будет даже стимулом для наших кинематографистов в какой-то степени снимать лучше. Потому что, если ты хочешь попасть на международный уровень, ты должен априори делать качественный продукт.

По какому принципу были отобраны три фестиваля в этом году?

Я стал руководителем международного направления в апреле, то есть когда все уже, фактически, было решено. Но на самом деле, я совершенно с этим выбором согласен. IDFA и Лейпциг входят в четверку крупнейших международных фестивалей – вместе с Hot Docs в Америке и Шеффилдом. Были взяты два фестиваля из этого списка – и выбор фестиваля Jihlava тоже абсолютно логичен, потому что это один из крупных и интересных фестивалей Восточной Европы, с хорошим рынком East Silver, который как раз очень лояльно относится к российским фильмам. Я бы сказал, что этот список имеет смысл расширить до 5-6-10 фестивалей – или вообще, может быть, попробовать оговорить в будущем, что если на хороший большой фестиваль, не вошедший в список, проходит фильм, имеющий УНФ и созданный нашими кинематографистами, то его тоже надо как-то поддержать.

Зачем нужен экспертный совет Гильдии – промежуточная ступень отбора между автором фильма и отборщиком фестиваля?

В идеале, он нужен для того, чтобы постепенно отбирать наиболее перспективные фильмы из того, что появляется за год, чтобы уже к началу лета набиралось 10-20 фильмов, которые мы от Гильдии и порекомендуем. А вообще, экспертный совет – это коллегиальное мнение, некий репрезентативный орган Гильдии, наш индустриальный механизм. На самом деле, мы не составляем конкуренцию отборщикам фестивалей. Наоборот, хорошо, если у нас с ними совпадет мнение: мы поможем фильмам, которые им понравятся. Мне кажется, что это лучше, чем просто подаваться от студии. Потому что подают, как мы знаем, тысячи фильмов, среди них можно и потеряться. А нам надо сделать так, чтобы наши фильмы все-таки отсматривали и отбирали – на рынок или на фестиваль.

Есть ли планы по поддержке фильмов, находящихся на разных стадиях производства – по финансированию поездок на питчинги, воркшопы и так далее?

Это очень сложный вопрос. УНФ ты получаешь, только сдав фильм. Таким образом, все семинары с фильмами, которые находятся в пре-продакшне или в продакшне, отсекаются, потому что на это нет финансового ресурса. Конечно, надо подумать, как создать структуру, какой-нибудь фонд, чтобы оказывать поддержку на начальном этапе производства. Я буду поднимать этот вопрос в Правлении Гильдии. Ведь в Европе, например, 90 процентов семинаров и питчингов – для проектов на начальном уровне, и примерно 10 процентов – поддержка на стадии rough-cut: когда ты подаешь свою черновую монтажную сборку (например Summer school при IDFA, DOK.Incubator при DOK Leipzig). Но в основном на питчингах ты представляешь именно проект, идею. А у нас пока такого института нет. И развивать проект: выбирать тему, героев, снимать трейлер – приходится студии совместно с режиссером, своими средствами.

Как Вы считаете, в каком случае больше шансов получить международный прокат: когда ты отправляешься на питчинг со своим проектом на стадии производства – или когда представляешь уже готовый фильм международной аудитории на фестивалях и рынках?

Вообще, международным продвижением я бы советовал заниматься комплексно. Если ты продюсер и у тебя есть интерес к международному производству, то я бы рекомендовал начинать с пре-продакшна. Потому что уже на этой стадии ты можешь найти партнеров, у тебя может даже появиться дистрибьютор. И они будут подсказывать, как сделать так, чтобы проект продавался – потому что рынок-то довольно маленький, они все очень борются за фильмы… То есть это будет совместная работа, направленная на подтягивание фильма к международным стандартам.

Вообще, насколько сейчас ощутим интерес к российскому кино со стороны Запада?

Конечно, сейчас интерес немножко больше в сторону актуального политического кино. Но то, что интерес к нам есть – совершенно точно. Нашу страну продолжают открывать. Тем более, что наше правительство продолжает интриговать весь мир. Так что момент сейчас нормальный и для политического кино, и для авторского, и для научно-популярного, познавательного.

На Ваш взгляд, российские телеканалы заинтересованы в участии в международных документальных проектах?

По большому счету, я бы сказал, что у крупных каналов есть студии, которые делают им документальный контент и это – не совсем авторское кино. Канал 24_DOC достаточно нишевый и они берут авторское документальное кино, но я думаю, что к ним сейчас достаточно сложно попасть. Они, все-таки, ездят на крупные международные рынки – в Канны, еще куда-то. Они смотрят, закупают, стараются представлять серьезную линейку качественного международного дока. Это сложный и достаточно грустный вопрос, потому что связан с политической конъюнктурой – если бы меньше было патриотических и «духовно-скрепных» настроений, то было бы больше возможностей показывать авторское кино. Не уверен, что у наших телеканалов сейчас есть запрос на вдумчивые, серьезные, авторские фильмы, к сожалению.

Расскажите, пожалуйста, какие у Вас ближайшие планы работы по международному продвижению?